Опрос родственников продавца не защитит от потери квартиры, если в сделке замешаны мошенники. Эффективность меры защиты против «схемы Долиной» оценил юрист, основатель бизнес-сообщества «Русяев Клуб» Илья Русяев. Его слова приводит портал NEWS.ru.
Судебная практика показывает, что свидетельства родных о надежности и вменяемости продавца не изменят ситуации, если он утверждает, что действовал под давлением аферистов. Письма родственников, переписка, аудио- и видеозаписи оцениваются судом только в совокупности с остальными материалами дела и не смогут перевесить, если человек заявляет, что не сознавал последствий своих действий и был обманут. «Родные подтверждают только свои личные наблюдения, и по ГПК ценность таких сведений прямо зависит от источника осведомленности», — поясняет Русяев. Для подтверждения слов родственника суд должен понимать, когда он в последний раз видел собственника, знал ли он о сделке, цене и условиях продажи.
При этом просто взять телефоны родственников у продавца и начать их обзванивать нельзя. По закону необходимо получить от собственника согласие на передачу контактов и согласие самих родных на обработку данных. Слова родных нужно прописать в отдельном документе с указанием даты, когда вы с ними общались. Однако заверить суть изложенного невозможно даже нотариально — специалист может только подтвердить авторство и дату документа.
Не несут гарантий и справки из психоневрологического диспансера, поскольку сведения о психическом здоровье считаются врачебной тайной. Юрист советует обращаться к нотариусу — именно он должен подтвердить дееспособность и волеизъявление покупателя, а также разъяснить ему детали сделки, о которых хозяин может быть в неведении. Участие в сделке нотариуса значительно усиливает позицию покупателя, что позволит даже в случае аннулирования продажи потребовать с продавца возмещения убытков или неустойки.
Ранее стало известно, как изменилось отношение россиян к рынку недвижимости с возросшей популярностью «схемы Долиной». Доверие к отрасли на фоне роста случаев мошенничества утратили 42 процента респондентов.
